Уважаемые друзья!
Интернет магазин INOEKINO.ru приостанавливает обработку заказов.
С уважением, администрация INOEKINO.ru

Новость

"СИНЕМАТЕКА" - Чехословацкая "новая волна": между документом и сказкой.



Чехословацкий кинематограф 60-х годов - феномен беспрецедентный,
настоящее "чешское чудо". Шестидесятые были временем "бури и натиска" во многих национальных кинематографиях, но если "новая волна" во Франции или "молодое кино" Германии опирались на богатейшую национальную кинотрадицию, то в Чехословакии ничего подобного не было. Маленькая среднеевропейская страна имела до Второй мировой войны очень средний кинематограф (неспециалист вспомнит разве что несколько скандальную славу Густава Махаты). И вот, после шести лет оккупации, после репрессий и жесточайшей цензуры конца 40-х - начала 50-х годов появляются десятки отличных фильмов, вырастает плеяда первоклассных режиссеров, создается одна из лучших в Европе киношкол (ФАМУ).
В чехословацкой "новой волне" поражает многое. Высочайший профессионализм молодых режиссеров: трудно представить, что абсолютно совершенные "Поезда под пристальным наблюдением" - дебют Иржи Менцеля в полнометражном кино. Удивительно тематическое разнообразие фильмов. Если мастера французской "новой волны" не хотели (или не рисковали) касаться страшного и болезненного материала войны, оккупации, Холокоста, то в чехословацком кино были жестокие, честные (и при этом стилистически разнообразные) фильмы Клоса-Кадара ("Магазин на площади"), Герца ("Сжигатель трупов"), Немеца ("Алмазы ночи"), Кахини ("Да здравствует республика").
Вообще жанровое и стилистическое разнообразие фильмов ЧССР поражает.
Современные истории - лирические у Пассера, гротескные у Хитиловой, трагикомические у Формана. Притом, с явным кафкианским привкусом – у Юрачека, Немеца, Хитиловой. Городская сказка - у Ясного. Социальные драмы о временах "культа личности" - у Менцеля, Иреша. Военные драмы Менцеля, Клоса-Кадара, Кахини. И даже средневековые баллады о разбойниках - Влачил. И стилистическое разнообразие - почти поп-артовская эстетика хитиловских "Маргариток", квазидокументальная манера Пассера и Формана, экспрессионистская взвинченность "Сжигателя трупов" Герца, приемы "поэтического кинематографа" у Якубиско. При всем этом фильмы "новой чешской волны" вполне узнаваемы. Сочетание документализма, почти "синема верите" с постоянным ощущением тихого абсурда жизни. Плюс послевоенный чешский юмор (Швейк!) и сюрреалистические детали, напоминающие о славных традициях чешского сюрреализма 20-х годов. И, конечно, почти забытое в современном кино отношение к своим героям иронично-насмешливое и одновременно сочувственное, почти любовное. Да, в 60-е годы чехи строили соцеализм с человеческим лицом. Закончить строительство им не дал "старший брат" Советский Союз". Но создать авторский кинематограф с человеческим лицом им удалось. К сожалению, в нашей стране этот кинематограф - явление почти неизвестное. Даже звезды первой величины - Менцель, Хитилова - представлены единичными фильмами. Что уж говорить об Иреше, Немеце, Влачиле...
Разве что в последние годы становится популярен Ян Шванкмайер, одинокий гений анимации, последний сюрреалист, законный наследник Э. По, Кэррола, Кафки. Пришедший в кино уже на излете "новой волны", Шванкмайер из фильма в фильм (а он, как правило, сочетает рисованную и кукольную анимацию с игровым кино) демонстрирует не свойственный, в общем-то, "новой волне" крайне мрачный взгляд на человеческую природу. Люди в его фильмах (около 30 короткометражек и 5 полнометражных) – либо "биомашины", управляемые простейшими инстинктами, либо марионетки в руках загадочных и жестоких кукловодов.
Но еще менее чем чешское кино, у нас известно кино словацкое. А ведь
даже в 60-е годы, когда чехи и словаки жили в одном государстве, это
были два разных народа, два разных языка, две разные культуры и -
соответственно - два разных кинематографа.
Предельно упрощая и обобщая, можно сказать, что чешская культура -
городская, "книжная", прозаическая, светская. Словацкая - деревенская,
фольклерная, поэтическая, религиозная. Все это, повторим, упрощение, а кино вообще искусство довольно космополитичное. В Чехословакии чешские режиссеры снимали в Словакии, а словацкие - в Чехии, а в студенческие годы крупнейший словацкий режиссер Якубиско снимал короткометражки вместе с крупнейшим чешским режиссером Хитиловой. Тем не менее, словацкие режиссеры (Би-елик, Угер) выработали свой "национальный" стиль в рамках эстетики "новой волны".

Самой же яркой фигурой в словацком кино (и, очевидно, во всей современной словацкой культуре) стал режиссер "новой волны" Юрай Якубиско.
Стиль Якубиско, сформировавшийся в фильмах т.н. "апокалиптической трилогии" ("Дезертиры и странники", "Птицы, сироты и безумцы", "До встречи в аду, друзья" 1968-1970 гг.) называли барочным, метафоричным, сюрреалистическим. Его фильмы лишены линейного сюжета, в них реалии словацкой истории 40-60 годов сочетаются с образами славянского фольклера, с религиозной символикой (первый же полнометражный фильм Якубиско назывался "Возраст Христа").
Его фильмы иногда напоминают мистерии: герои "Птиц, сирот и безумцев" не два парня и девушка - это Словак, Русский и Еврейка, и за ними - судьбы их народов. Взвинченная, гиперэмоциональная, дисгармоничная манера раннего Якубиско (он кричит там, где чешские режиссеры - Менцель, Форман - скорее понизят голос) соответствует теме его фильмов: деградация, распад общества, трагедия людей, втянутых в кровавый исторический карнавал. И в фильмах 80-90-х годов - во всяком случае в лучших, таких как "Тысячелетняя пчела", "Сижу на ветке и хорошо себя чувствую", "Неясные сведения о конце света" Якубиско остается верен своей эстетике "магического реализма". Его фильмы иногда кажутся слишком претенциозными, образы - безвкусными, построение фильма - хаотичным, но там где - как в "Тысячелетней пчеле" - картины жизни страны и людей органически соединяются с фольклорной фантастикой, происходит очень редкая в кино вещь: фильм превращается в
коллективное высказываение нации. Якубиско оказал колоссальное,
подавляющее влияние на словацкое кино. Наиболее характерен случай Ф.А.Брабека. Его первый фильм "Букет" (снятый, кстати, на студии Якубиско) - виртуозное стилистическое упражнение на материале "страшных" романтических баллад, хоррор, снятый в эстетике "поэтического кино". Чехословацкая "новая волна" была остановлена в 1968 году советскими танками. Но ее мастера продолжили снимать фильмы - может быть не столь свободные и вдохновенные, как в 60-е годы. Традиции "новой волны" возрождают - и иронически переосмысливают чешские режиссеры 90-х годов: Храбек, Зеленка, Гржебейка. А ветеран "новой волны" И.Менцель на Берлинском МКФ этого года, словно вернувшись в славные времена "Жемчужин на дне" и "Поездов под пристальным наблюдением", демонстрирует экранизацию повести Богумила Грабала - одного из вдохновителей и кумиров "новой волны". Книги и фильмы, в бщем-то, оказываются сильнее и долговечнее танков. (Леонид Цыткин)


Пушкинская, 10. Галерея. 703
По пятницам, 18.45

2 марта.
"Жемчужины на дне". Иржи Менцель, Вера Хитилова, и др. 1965.
9 марта. "Маркета Лазарова". Реж. Ф.Влачил, 1967.
16 марта. "Барон Мюнхгаузен". Реж. К.Земан, 1961.
23 марта. "Мы должны помогать друг другу". Реж. Я.Храбек, 2002.
30 марта. "Пупендо". Реж. Я.Гржебейка, 1999.


ВХОД СВОБОДНЫЙ!



5 мар 2007

Подписаться на новости в формате RSS


последние новости
[архив новостей]

Каталог жанры / теги
полное облако тегов
Сейчас на сайте:
Зарегистрированных: 0
Гостей: 60




Реклама на сайте

Гость
При регистрации
вы получаете
возможность отслеживать состояние ваших заказов

Регистрация


Магазин Иное Кино





Разработка сайта
Фильм добавлен в корзину
ИНОЕКИНО
интернет-магазин
В вашей корзине
пока нет фильмов