Уважаемые друзья!
Интернет магазин INOEKINO.ru приостанавливает обработку заказов.
С уважением, администрация INOEKINO.ru

Новость

Без попкорна



В Сибири неформатное кино, не имеющее системы проката, уже давно бы распрощалось с потенциальным зрителем, осев на полках специализированных интернет-магазинов. Если бы не камерные киноклубы, существующие на энтузиазме их кураторов, готовых показывать артхаус на большом экране



Тому, что киновед Андрей Малов делает для Новосибирска, могут позавидовать даже Питер с Москвой. Его киноклуб «Кино для продвинутых», что разместился в кинотеатре Cinema, — крупнейший форпост артхаусного кино в России и чуть ли ни единственный — в Сибири. Сам Малов, который курирует показы неформатного кино уже второй десяток лет, не исключает, что даже мировой центр артхаусного кинопроката сегодня сместился сюда, в новосибирский Cinema. Мыслями о том, какую альтернативу диктату блокбастеров и коммерческих кинотеатров создает его огромная коллекция «другого кино», Андрей Малов поделился с журналом «Эксперт-Сибирь».


— Андрей, как и когда возникла сама идея кинотеатра Cinema? Был ли какой-то расчет на доходность проекта, или он изначально замышлялся как элитарный, некоммерческий?

— Формально Cinema выручил городские киноклубы, предоставив им крышу в 1994 году. До того под крышей КВО (ныне «Киновидеосервис») работал совсем маленький служебный зал вместимостью 15–20 человек, который сегодня превратился в обычное офисное помещение. Сюда приезжали директора новосибирских кинотеатров и предварительно отсматривали новые фильмы, перед тем как запустить их в прокат. Потом под зал оборудовали пристройку и расширили его до 85 мест. Поскольку директора посещали его один раз в неделю, а остальное время он пустовал, из соображений рентабельности было решено отдать зал под киноклуб. В отличие от сегодняшнего дня, если мне не изменяет память, никаких коммерческих показов тогда в Cinema не было. Ни о какой прибыли речь не шла, тем более что все заработанные средства возвращаются обратно в виде зарплат.

Лично я получаю процент с билетов за чтение лекций перед сеансами, что позволяет в каком-то смысле решать проблему с авторскими правами, потому что получается, что официально эта плата проходит не за показ кинокартин. Формально существует некое правило, согласно которому фильм можно показывать один раз, например, в рамках фестиваля и на некоммерческой основе, то есть не с целью получить с этого прибыль. Мы стараемся соблюдать это правило — 95 процентов фильмов в течение года не повторяются. Поэтому фактически выходит, что мы создаем некий информационный прецедент, но не пытаемся на этом заработать. В зале могут сидеть пять человек, а могут и все восемьдесят пять. Абсолютный рекорд в киноклубе принадлежит «Заводному апельсину» Стэнли Кубрика. Когда я его показывал в 2001 году, в зале находилось 130 человек, после чего возникла скандальная ситуация, поскольку мы нарушили нормы пожарной безопасности. После того случая мы себе таких вещей не позволяем. Но сами понимаете, что при средней посещаемости около 40 человек и при цене билета 50 рублей сложно говорить о коммерции.

— Сейчас на базе Cinema работают два киноклуба — ваш «Кино для продвинутых» и «Иллюзион» Алексея Кожемякина. Как вы с ним делите программу и зрителей?

— Формально мы не встречаемся и не обговариваем, кто и что будет показывать. Совпадения в репертуаре бывают крайне редко — единственный прецедент был с «Последним танго в Париже», когда у нас этот фильм стоял соседними сеансами. Алексей делает ставку на более старое кино, на проверенные имена-бренды, и он работает с более взрослой аудиторией, к нему часто приходят люди пенсионного возраста. Когда организовывали киноклуб «Иллюзион», одноименный бренд уже существовал — кинотеатр «Иллюзион» в Москве, основу его репертуара составляло как раз голливудское кино 1930−х – 1940−х годов.

Мне же больше нравится искать новые имена и делать их брендами уже здесь. Я их сам часто открываю буквально за пару месяцев до того, как поставить в программу. Хочется опережать ситуацию, потому что через два–три года эти режиссеры выйдут уже на более широкую публику, их фильмы будут приобретать для частных коллекций.

В отличие от «Иллюзиона» моя аудитория — это в основном студенчество. Раньше даже приходили целые студенческие диаспоры по 10–15 человек из разных вузов. Сейчас такие коллективные посещения стали заметно реже.

— Вы показываете не просто доступное артхаусное кино, но кино раритетное, которое трудно и порой невозможно достать в Новосибирске. Как вы формируете репертуар, где находите фильмы?

— Репертуар киноклуба «Кино для продвинутых» формируется из моей личной коллекции. У меня свои альтернативные источники. В частности, я приобретаю фильмы через интернет-магазин Антона Алексеева — он переводчик, видимо, полиглот, у него есть своя небольшая сеть, в том числе место на Горбушке. Я считаю, что этот человек стоит всех наших дистрибьюторов вместе взятых, которые работают на прокате блокбастеров. Антон достает и переводит кино, которое в России можно приобрести только у него или через него. У него есть какие-то свои люди, которые, видимо, часто бывают в Европе и достают для него редкие фильмы, необязательно новые. Особенно мне импонирует то, что он работает с восточноевропейским кино и, похоже, сам увлекается чешским и венгерским кинематографом. Я бы, кстати, с удовольствием показывал эти фильмы здесь, тем более что сам люблю кино чехов, венгров и поляков, но переориентировать на Восточную Европу нашу публику, которая много лет воспитывалась на американском, русском, британском или французском кино, очень сложно. Поэтому я гомеопатическими дозами показываю два–три таких фильма в месяц, но их процент все равно понемногу увеличивается, и посещаемость на них тоже медленно, но верно растет.

На эти фильмы в России ни у кого нет прав. Принято считать, что они бесперспективны для коммерческого проката, и даже телевизионные каналы их не покупают, видимо, считая, что лучше показать третьесортный американский фильм в сто первый раз, чем приобретать какую-нибудь чешскую кинокартину. Можно поиграть словами. Некоторые называют то, чем занимаемся мы с Антоном, пиратством, но у меня есть другое слово на «П» — подвижничество. Кто-то назовет это контрафактом, но я могу подобрать другое слово на «К» — культуртрегерство.

Сейчас в моей коллекции две с половиной тысячи фильмов — я могу расписать репертуар кинотеатра на восемь лет вперед, не повторив ни одного сеанса. В среднем каждый день у меня появляется новый некоммерческий фильм. Но это не самая большая коллекция некоммерческого кино, существуют и более крупные интернет-магазины «других фильмов».

Сейчас Cinema стремится полностью перейти на эксклюзивные показы — это и есть наш бренд. В идеале стопроцентный эксклюзив, то есть мы хотим показывать такие фильмы, которые в городе, да и, пожалуй, в Сибири, больше нигде не найти: ни на компактных носителях в магазинах, ни в телевизоре, ни тем более в кинотеатрах.

— Вы часто ставите откровенные, болезненные кинокартины, которые в какой-то степени могут шокировать неподготовленного зрителя. Темы гомоэротики, инцеста или некрореализма, по которым в том числе вы формируете циклы показов, настолько характерны для европейского артхауса?

— Я ставлю эти картины неспециально — все делается адекватно тенденциям, по которым сегодня развивается неформатное кино. Более того, я еще как-то сдерживаю этот поток. Например, у того же Антона Алексеева сегодня девять из десяти новинок — это кино после 18 лет и старше. Порой это жесткий, совершенно убийственный трэш. Достаточно назвать имя Джесса Франко, снимающего провокационное, трэшевое кино, где эротика присутствует на грани порно. Я, кстати, не показывал ни одного фильма этого режиссера, а Антон, видимо, решил собрать всю его коллекцию — около 80 картин. И я его понимаю. Ведь причина не в том, что у него мозги повернулись в эту сторону, а в том, что он старается всего лишь не выходить на территорию лицензионного кино. Джесса Франко у нас никто на лицензии не выпускает — боятся или считают это дурным вкусом. Антон не озабочен тем, чтобы собрать, например, всего Бергмана, последнее время у него в коллекции вообще перестали появляться что Бергман, что Феллини. И он выбирает Франко, потому что это в определенном смысле — альтернатива сегодняшнему тотальному гламуру в кинематографе.

Но едва ли не главную конкуренцию немногочисленным собирателям редкого кино создают сегодня локальные сети и интернет-услуги по скачиванию фильмов. В видеоархиве того же academ.org десять с лишним тысяч фильмов, не исключаю, что это самая мощная сеть в России. Таких сетей по охвату нет даже в Москве. В день там может появиться до 30–40 новинок. Я на такие объемы смотрю, и у меня порой сердце кровью обливается: когда за ночь туда заливают 10 фильмов Веры Хитиловой, на поиски которых я потратил в свое время 15–20 лет. В каком-то смысле мои многолетние усилия обесцениваются в одночасье. Люди, живущие в Академгородке, могут получить почти всю Хитилову сразу и практически бесплатно, а у меня на это уходили десятилетия и немалые деньги — я доставал в 1990−е годы какие-то кошмарные видеокопии, которые были тогда бесценны.

— Для вас как для куратора киноклуба есть какие-то табу — фильм, который вы не решились бы показать новосибирской аудитории?

— Я долго раздумывал над фильмом «Каннибал» Мариана Дора. Человек, через которого я достал этот фильм, сказал, что у него никогда еще ни одна кинокартина не провоцировала рвотных позывов. Я не поверил, поскольку он, как и я, человек закаленный, но во время просмотра поймал себя на том, что все время рефлекторно приходилось закрывать рот рукой. Но при этом я не мог остановить просмотр — настолько фильм затягивал. «Каннибал» основан на реальной истории, случившейся в 2001 году в Германии — немецкий компьютерщик разместил в Интернете объявление, что ищет человека, которого хочет съесть. На основе этих событий режиссер Мариан Дора партизанским образом снял фильм. Это кино ошеломляет, оно вызывает тошнотворную реакцию, создавая ощущение, что это документальная запись. Эта картина, что называется, на грани, а мне всегда важно, чтобы кино было по возможности провокационным. Больше всего меня раздражает сегодняшний массовый вкус: «Сделайте нам красиво!», в пику которому я и стремлюсь осуществлять немножко подрывную деятельность. «Каннибал» — это кино, которое должно вызвать шок. Я его успел показать в «Седьмом небе» — и тогда мне показалось, что в коммерческие кинотеатры ходят «зомби». Похоже, что на тот сеанс собралась публика, которая просто не попала на какой-то другой коммерческий фильм и зашла на «Каннибала» почти по ошибке: они даже ели во время просмотра попкорн, но никого не стошнило, ни у кого волосы на голове не встали дыбом…

— Какие времена сегодня переживает прокат некоммерческого кино в Сибири?

— Лет пять–семь назад я говорил с одним новосибирским дистрибьютором, который сказал, что сейчас — на тот момент в 2001–2003 годах — в Новосибирске мало кинотеатров, но когда их станет больше, в них обязательно начнут показывать артхаусное кино. Теперь кинотеатров стало гораздо больше, но артхауса как не было, так и нет. И я понимаю прокатчиков. Часто доставка копий обходится значительно дороже, чем можно заработать на их прокате. И это при том, что Новосибирск сейчас лидер по количеству залов в Сибири, в остальных городах региона ситуация с артхаусом просто завальная.

В этом плане клуб «Кино для продвинутых» появился в нужное время и, надеюсь, в нужном месте. Я знаю, что в Сибири есть люди, которые готовы этот опыт перенять, но они сталкиваются с разного рода проблемами. Ко мне, например, обращался молодой человек из Хакасии — он показывает неформатное кино при монастыре, в небольшой комнатке на 20 человек, но хочет выйти на более широкую аудиторию. Ходит по кинотеатрам — в его городе их всего-то два или три — но там его всякий раз спрашивают насчет авторских прав. Ситуация все время повторяется. Он начинает говорить, что это авторское кино классиков, что не стремится получить выгоду, но ему в лучшем случае выставляют коммерческую арендную плату, с которой он, конечно, не сможет справиться, или же просто указывают на дверь.

Другой человек недавно приехал в Новосибирск в гости из Магадана. Там при каком-то кинотеатре он с друзьями организовал киноклуб, где они раз в неделю смотрят неформатное кино. Причем показы проходят в фойе над кинозалом, где располагается буфет. И в то время как они смотрят «Идиотов» Ларса фон Триера — кино со сценами сексуального характера — туда за попкорном приходят родители с детьми. Родители, естественно, закрывают детям глаза и крайне возмущаются, что здесь показывают какую-то порнографию. Смешно, но очень показательно. И по причине такого рода скандалов этот клуб в любой момент готовы выселить оттуда.

Знаю, что в Томске функционирует чайный клуб, где проходит один сеанс неформатного кино в неделю. Один сеанс в неделю — это вообще самая распространенная в настоящее время форма, в таком режиме артхаус идет в клубах в Челябинске и в Екатеринбурге. В Новосибирске в этом плане сегодня идеальная ситуация — я показываю семь сеансов в неделю, еще два проходят в «Иллюзионе». Если общее количество показов разделить на количество жителей Новосибирска, то выход на условную единицу получится больше чем в Москве или Питере. Если сейчас закрыть Cinema, то вся система некоммерческих показов в Новосибирске рухнет. Останется Дом ученых в Академгородке, где раз в неделю Боярский в своем клубе «Сигма» уже в течение 40 лет прокручивает, по сути, одну и ту же программу.

Сейчас система проката некоммерческого кино в глобальном понимании видоизменилась, перейдя в фестивальную индустрию. Но фестивали, как правило, привязаны к конкретным городам и к конкретным срокам. Кто живет, например, в Париже или в Каннах, в течение двух недель в мае могут кормиться самыми крутыми киноновинками на том же Каннском фестивале. Но мне не симпатична фестивальная форма, когда, чтобы успеть как можно больше, в течение дня приходится посмотреть шесть–семь фильмов. Я сам ездил на фестивали в Москву и знаю, что это такое: в 6 утра просыпаешься, в 8 уже начинается первый сеанс, последний заканчивается в 12 вечера, и к полуночи на последней электричке ты возвращаешься на казенную квартиру, чтобы только переночевать, а с утра все начинается заново. И так две недели. В июльскую жару. Как правило, через шесть–восемь дней ты уже окончательно выдыхаешься и начинаешь тихо ненавидеть кино. Оптимальный вариант — это такие залы, как Cinema, где можно смотреть фильмы в умеренных дозах в течение всего года. И в то время как фестивальная индустрия развивается (счет фестивалей уже пошел на тысячи), залов, подобных нашему, не возникает. Для меня это загадка.

Это тем более удивительно, что сейчас наблюдается клубный бум, клубы растут как грибы — от обществ любителей кошек до любителей прыгать с небоскребов без парашюта, не говоря уже о простых ночных клубах, в которых акцент сделан либо на стриптиз, либо на живую и прочую музыку. Но киноклубного бума нет. Возможно, потенциальных инвесторов смущает все та же проблема авторских прав. Такое ощущение, что киноклубный бум, который пришелся на конец 1980−х, себя окончательно изжил и уже никогда не повторится. Тогда его возникновению способствовал ряд факторов. Прежде всего появились видеокассеты, и в каждом кинотеатре считалось чуть ли не делом чести иметь свой киноклуб. Помню, что лет 20 назад за Краеведческим музеем стоял вагончик, в котором работал так называемый видеосалон. Из него через всю площадь Ленина доносились жуткие вопли — там очень часто показывали гонконговские боевики с Джеки Чаном или Брюсом Ли. Таких видеосалонов в городе было несколько. Но когда люди стали покупать видеокассеты для себя в массовом порядке, эти салоны закрылись так же стремительно, как и появились.

— Как вы считаете, можно ли неформатное кино сделать коммерчески успешным? Как бы вы объяснили, например, феномен Звягинцева — никому неизвестного режиссера из Сибири, чей дебют произвел фурор не только в России, но и за рубежом?

— В ситуации со Звягинцевым совпала масса факторов. Культурная Европа увидела в его дебюте «Возвращение» мотив потери отца и подвела его под «мифологическую статью», чуть ли не под эдипов комплекс. Этот фильм получил много призов, шикарную прессу, заработал отличное реноме. Но в любом случае в европейских странах, которые закупили «Возвращение», фильм шел ограниченным тиражом. В общей сложности он собрал неплохую сумму, но все равно это совсем не те деньги, которые приносят блокбастеры. Но на втором фильме Звягинцев уже «прогорел» — из «Изгнания» очень сложно вытащить внятный смысл, глубоких ассоциаций он не вызывает. Возможно, Андрей Звягинцев так и останется режиссером одного фильма, таких примеров много. Обычно для творцов проверочным является как раз второй фильм, потому что довольно часто дебютанты начинают эффектно, о них отзываются как о новых классиках, но в большинстве примеров они ими так и не становятся.

Что касается Cinema, то у нас есть свой феномен — Алексей Учитель. Как ни странно, это самый востребованный российский режиссер, на которого здесь стабильно собирается если не полный зал, то, по крайней мере, почти полный. Ни Кира Муратова, ни Александр Сокуров, ни Алексей Герман, ни Тарковский не собирают столько зрителей. В этом феномене как раз и может скрываться загадка артхауса как такового. Дело в том, что это кино невозможно четко структурировать. Вот Учитель — это артхаус или нет? По этой самой причине никогда нельзя с определенностью утверждать, может или нет такое кино стать коммерчески успешным, рентабельным или хотя бы самоокупаемым. Но «возиться» с ним лично мне очень интересно.


Андрей Малов (р.1965) — профессиональный киновед. В 1991 году окончил ЛГИК (режиссура театра), в 1994 — ВГИК (киноведение). В конце 1980-х работал на новосибирском ТВ. В начале 1990-х на студии «Сибирь-кино», в середине 1990-х на телеканале НТН (как режиссер и ведущий программ — «Давайте посмотрим кино», «ТВ-компас», «Кино-азимут», «Деревянное шоу»). В конце 1990-х выступал как рецензент в изданиях «Телесемь», «Наблюдатель», «Новая Сибирь». С начала 2000-х и до настоящего времени редактор журнала «Киногид» и газеты «Кинонеделя». В 2003-м опубликовал книгу «700 культовых фильмов эпохи видео». С конца 1980-х организовал и курировал работу нескольких киноклубов при различных кинотеатрах Новосибирска. С 2004-го года — куратор киноклуба «Кино для продвинутых» при кинозале Cinema. С того же года регулярно размещает кино- и клубную информацию на одноименном авторском сайте http://andrmalov.narod.ru/.

Источник: София Гольдберг, «Эксперт Сибирь» №14 (203)
9 апр 2008

Подписаться на новости в формате RSS


последние новости
[архив новостей]

Каталог жанры / теги
полное облако тегов
Сейчас на сайте:
Зарегистрированных: 0
Гостей: 105




Реклама на сайте

Гость
При регистрации
вы получаете
возможность отслеживать состояние ваших заказов

Регистрация


Магазин Иное Кино





Разработка сайта
Фильм добавлен в корзину
ИНОЕКИНО
интернет-магазин
В вашей корзине
пока нет фильмов